Главная Новости Тенгиз, рожденный в крови и пламени
02 августа 2021, 14:48 3648 Алексей Банцикин

Тенгиз, рожденный в крови и пламени

Тенгиз, рожденный в крови и пламени

Тенгизское месторождение – самый первый крупный инвестиционный проект Казахстана. Наравне с отказом от ядерного потенциала и закрытием Семипалатинского полигона, освоение Тенгиза определило дальнейшую судьбу нашей страны. Но, к сожалению, история его освоения связана не только с громкими рекордами добычи. В этом году мы отмечаем 35 лет с момента одной из самых громких аварий в нефтегазовой отрасли.

Вопреки укоренившейся в сознании современников версии, Тенгизское месторождение было открыто не иностранными компаниями. В 1929 году в казахские степи из Саратова был откомандирован Вольдемар Карлович Фридман, бывший инженер компании «Шлюмберже», прекрасно знавший географию этих мест. Приказ о его командировке был подписан самим председателем Высшего совета народного хозяйства (ВСНХ) Валерианом Куйбышевым. Но экспедиция Фридмана внезапно пропала. Более двух лет от инженера-геофизика не получали вестей ни в Саратове, ни в Губкоме Уральска, ни в Гурьеве.

Нашлись злопыхатели, объявившие инженера дезертиром. «Группа товарищей» сочинила донос о том, что инженер растратил казенные деньги, женился на местной уроженке и ведет праздный образ жизни. В этой связи местным органам госбезопасности было дано распоряжение принять меры к розыску пропавшей экспедиции. Розыскную группу возглавил старший уполномоченный Гурьевского отделения НКВД Николай (Хайиркельды) Кулбатыров.

В 1933 году в нескольких десятках километров от будущего поселка Коль-сары (ныне – Кульсары, районный центр Жылыойского района Атырауской области) была найдена занесенная песком стоянка участников экспедиции. Положение тел погибших геологов и геофизиков и огнестрельные раны свидетельствовали о том, что, по всей видимости, они стали жертвами бандитов, искавших золото. (Лишь через 20 лет один из участников нападения был задержан в Туркмении за другое преступление и в ходе следствия признался в убийстве геологов)

Был также найден зарытый в песок ящик с документами (мандатом с подписью Куйбышева, геологическими картами, протоколами бурения, вахтовым журналом и дневниковыми записями) и геологическими пробами. Члены розыскной группы НКВД написали подробный рапорт и вместе с технической документацией направили его в Саратов. Обвинение в дезертирстве с инженера Фридмана и членов экспедиции было снято.

К сожалению, никаких других документальных свидетельств, кроме рапортов, хранящихся ныне в архиве Саратовского ФСБ, и, вероятно, технической документации, не сохранилось. Попытки что-то найти предпринимались преподавателем истории Гурьевского педагогического института Михаилом Банцикиным. Но безуспешно.

В конце 60-х годов прошлого века специалисты «Саратовнефтегеофизики» вели работы по изучению геофизических свойств месторождения. А в 1972 году при тресте «Эмбанефть» было создано Балыкшинское управление разведочного бурения. Свои усилия промысловые геофизики направили на разведку подсолевых отложений, находившихся на глубине 4 500-5 000 метров. Первые признаки нефтеносного горизонта были обнаружены в 1973 году.

Однако вскоре работы были приостановлены из-за бюрократических междоусобиц в руководстве нефтегазовой отрасли. Надо сказать, что в Центре с большим скепсисом относились к идеям о нефтегеологоразведке в Казахстане. Считалось, что самые крупные открытия уже дал полуостров Мангышлак, и остальное не имеет экономического смысла.

Не считал так Булекбай Сагингалиев – руководитель треста «Эмбанефть». Он пробился на личный прием к самому высокому начальству отрасли – министру нефтяной промышленности СССР Валентину Шашину – и доказал необходимость продолжения буровых работ на Эмбе. Из Волгоградского управления буровых работ в Эмбинский регион прислали промысловую геофизическую партию, специально для разведки подсолевых отложений. Кстати, тогда нашли нефть еще на двух участках Эмбинского района – на Каратоне и Тажигали.

Сагингалиев Булекбай Сагингалиевич (1927-2009) заслуженный нефтяник Казахской ССРСагингалиев Булекбай Сагингалиевич (1927-2009) заслуженный нефтяник Казахской ССР

19 декабря 1979 года была пробурена первая скважина на подсолевом уровне Тенгизского месторождения. 10-минутный приток нефти не оправдал надежд высокого начальства, ожидавшего фонтанов. Проблема была и в том, что обнаруженная нефть сопровождалась выделением попутного газа с высоким содержанием сероводорода. А это требовало дополнительных испытаний скважины. Бурение пришлось остановить, так как категорически против были природоохранные службы. Но главное было сделано: имелись веские доказательства того, что нефть на месторождении – реальность.

С документами о результатах бурения Сагингалиев обратился уже не к отраслевому начальству, а намного выше. Аудиенция у председателя Совета Министров Алексея Косыгина началась в 14:00 и завершилась в 03:30. Все это время в кабинет Предсовмина постоянно дергали специалистов: геологов, экологов, нефтяников. Ночное бдение завершилось полной победой руководителя «Эмбанефти»: он доказал существование месторождения, которое дает приток не менее 400 тонн в сутки.

А в 1981 году ЦК КПСС и Совет Министров издали Указ «О мерах по усилению геологоразведочных работ и развитию нефтяной и газовой промышленности в Западном Казахстане». С этого документа, а не с приходом зарубежных инвесторов, началась новая эра в нефтеразведке Атырау. Оборудование для испытания скважины № 1 на Тенгизе покупалось за валюту в Канаде, через Внешторг СССР и структуру Миннефтегаза – «Зарубежнефть». Вот именно тогда международные деловые круги узнали о том, что в Казахстане обнаружили крупнейшее месторождение нефти. А всему виной стала маленькая заметка, опубликованная в корпоративном издании канадской машиностроительной компании «Порто-тест». В ней упоминалось о новом месторождении с геологическими запасами в три миллиарда тонн. Публикация была мгновенно перепечатана в американской общенациональной газете USA Today.

Но над Тенгизом сгустились тучи иного рода. В середине 1980-х в ЦК КПСС всерьез обсуждалось предложение министра нефтепрома СССР Николая Мальцева о передаче района разработок под прямое управление Москвы. Главным аргументом выступало суждение, что республика не имеет достаточно квалифицированных кадров в отрасли для того, чтобы осваивать такое сложное месторождение. В качестве прецедента вывода Тенгиза из-под административно-территориальной юрисдикции Казахстана министр приводил в пример город Ленинск (рядом с космодромом Байконур) и город Шевченко (Актау), где московскими специалистами Минсредмаша СССР обслуживалась первая и единственная атомная электростанция в республике.

Вид месторождения Тенгиз, 1985 годВид месторождения Тенгиз, 1985 год

Отнять Тенгиз у Казахстана не удалось благодаря вмешательству председателя Совета министров КазССР Нурсултана Назарбаева, впоследствии ставшего Первым Президентом нашей страны, и… (не удивляйтесь!) первого секретаря Гурьевского горкома комсомола Имангали Тасмагамбетова. Организованный им международный фестиваль «Тенгиз собирает друзей» стал для региона таким же событием, как Олимпиада-80 в Москве. Но кроме развлекательных мероприятий с участием группы «Мираж», недавно вышедшей из подполья, и выступлений десантников-парашютистов, фестиваль запомнился насыщенной деловой программой. В ходе научно-практической конференции казахстанские нефтяники в присутствии московских и зарубежных гостей рассказали о нефтегазовом потенциале области и в целом Казахстана. Стало понятно, что и нефть есть, и специалисты существуют. В 1991 году, накануне развала СССР, было образовано управление «Тенгизнефть» во главе с директором Кадненом Кудабаевым.

В промежутке между этими вехами произошло событие, которое могло вообще привести к полной консервации месторождения, его утрате для человечества. Впрочем, судьба самого человечества тоже была под вопросом. И это не преувеличение.

Это случилось 23 июня 1985 года на скважине № 37. Бригада бурильщиков была близка к досрочному выполнению плана. По проекту скважину должны были пробурить до 5 000 метров где-то к декабрю, а ее пробурили уже летом до 4 467 метров. Казалось, еще чуть-чуть, и премия за досрочное выполнение плана в кармане! Платили в то время хорошо.

Днем, примерно в половине третьего, помощник бурового мастера обратил внимание на странности поведения бурового станка. Сначала была зафиксирована потеря циркуляции буровой жидкости. Потом станок неожиданно заклинило в скважине. Потом «уралмашевскую» вышку стало ощутимо трясти. Начальник буровой Лесбек Онайбаев распорядился прекратить работы. Обо всем немедленно доложили главному инженеру бурового управления. Из Кульсаров позвонили в Гурьев. С трудом нашли – был в отгуле, поехал на рыбалку…

 «В гражданское время за каждым подвигом скрывается чья-то халатность» – это высказывание нужно яркими буквами написать на воротах каждого промышленного объекта. Главный инженер Федор Черкасов, прибыв на скважину, распорядился поднимать инструмент до отметки 3 500 метров. По инструкции этого нельзя было делать ни в коем случае. Но инженер посчитал, что имеет дело с обычным «прихватом кабеля». (По другой версии, это сделали до него, но главный инженер по прибытии на Тенгиз расписался в журнале. Это стоило ему четырех с половиной лет заключения)

Газовая смесь, находившаяся в недрах под давлением 830-850 атмосфер, вырвалась наружу. Кстати, на устье скважины уже тогда было установлено противовыбросное оборудование фирмы «Камерон», состоящее из универсального превентора и срезающих плашек. С помощью этого оборудования могли просто срезать буровой прибор, и он остался бы в скважине. За это не похвалили бы, но аварии могли избежать. Но бурильщики попытались спасти оборудование.

Фото с места аварииФото с места аварии

Пытались навернуть трубу с шаровым клапаном на бурильный инструмент, но выполнить это не смогли – жидкость стала выходить наружу. К полуночи струя жидкости, льющаяся из инструмента, уже превратилась в фонтан пятнадцатиметровой высоты. Старший технолог районной инженерно-технической службы Имандосов дал персоналу команду заглушить дизельную установку и покинуть буровую. Потом скважину пытались тампонировать – безрезультатно.

Случайно возникшая искра вызвала воспламенение фонтана. Пламя было настолько сильным, что уже через 15 минут все металлические части 300-тонной вышки оплавились и буровая упала. Горение нефтегазовой смеси стало неуправляемым. Пламя быстро разрасталось, и скоро площадь пожара составила 500 квадратных метров.

Потом много писали о том, как «трусливое» местное руководство якобы долго не решалось сообщить в Алма-Ату и Москву об аварии. Договорились до того, что первый секретарь обкома партии спрятался дома, а сообщение сделал председатель Гурьевского горисполкома Виктор Торопкин. Все это досужие вымыслы. Онайбай Кушекович Кушеков за чужие спины не прятался. Известие об аварии глава республики Динмухамед Кунаев принял именно от него.

На место происшествия первыми прибыли руководители и офицеры службы противопожарной охраны. Отовсюду – из Москвы, Шевченко, Гурьева, Волгограда, Астрахани. Был создан штаб по ликвидации аварии.

Тушить водой не имело смысла. Да и воды рядом не было – река Эмба находится далеко от месторождения и не относится к полноводным. Район пожара по периметру окопали экскаваторами. Орошаемые струями воды из лафетных и ручных стволов, сотрудники военизированной противофонтанной службы несколько раз предприняли вылазки для исследования эпицентра возгорания. Заметим, все это при температуре воздуха свыше 100 градусов, не говоря уже про раскаленную поверхность земли… И сейчас можно встретить на ювелирных выставках иссиня-черный камень тенгизит – расплавленный кусок кварцево-кремниевого грунта. Можете представить, что там творилось.

Нефтяники Тенгиза на фоне факелаНефтяники Тенгиза на фоне факела

Работали четко и выверенно, что позволило бойцам противопожарных расчетов избежать сильных ожогов. Про «несильные» умолчим. Потом рассказывали, что раскаленная земля трескалась при соприкосновении с водой. Люди и техника проваливались в ямы с кипятком. Но главной опасностью стал сероводород. Кроме того, что это смертельно ядовитый газ, вдохнув который гибнет все живое (на месте аварии погибло много птиц и животных), в сочетании с водой он превращался в кислотный раствор.

Тем временем фонтан горящей нефти рос. Увеличивалась динамика горения. Пламя было такое яркое, что его видели уже не только из космоса, но и команды кораблей на Каспийском побережье. Не обошлось без жертв. Погиб замкомандира противофонтанного отряда из Полтавы Владимир Бондаренко. Сегодня его именем названа одна из улиц вахтового поселка.

Бригада бойцов противофонтанной службы выходит на место аварии. Через минуту один из них погибнетБригада бойцов противофонтанной службы выходит на место аварии. Через минуту один из них погибнет

Бойцы противофонтанной службы не могли пройти к устью скважины из-за нагромождения расплавленного металла – оставленной на месте аварии техники. Из воинской части спецназа МВД в Шевченко вызвали танковую роту. Из орудий танков Т-72 («Урал»)», а это была единственная модель такой техники, приспособленная вести непрерывные работы при высоких температурах, стальными болванками расстреливали кучи бурильных труб. Очевидцы рассказывали, как отстреленные трубы поднимались в свете огненного фонтана и, медленно раскручиваясь, падали на землю. Потом подсчитали – общий вес труб составил 150 тонн.

Пытались прицельными залпами нескольких танков заглушить сам очаг пламени. Это привело к совершенно противоположному результату – пламя разгорелось еще сильнее.

Фото с места аварииФото с места аварии

Прибывший на место аварии замминистра нефтяной промышленности СССР Валерий Игревский предложил последовать уже имевшемуся опыту. А именно пробурить две технологические наклонные скважины с выходом на аварийный ствол на глубине 3 500 метров и подорвать… ядерным зарядом. Игревский не был партийным функционером, «фанатиком» и «изувером» из сериала «Чернобыль». Он был крупным ученым, специалистом по ликвидации аварий на нефтяных приисках.

Валерий ИгревскийВалерий Игревский

И знал, что говорил. В 1963 году на газовом месторождении Урта-Булак в Узбекистане произошла авария. Газовый фонтан горел три года подряд. И потушили его только подрывом термоядерного заряда. Аналогичную технологию потом на территории СССР применили трижды. Разработана она была академиками Келдышем, Миллионщиковым и Садовским. А практическая ее реализация осуществлена Лебедевым и Разуваевым. Все три акции проходили под руководством отца-основателя советской атомной промышленности Ефима Славского.

Но предложение встретило решительный отпор со стороны будущего Первого Президента Казахстана. Нурсултан Назарбаев заявил, что «в Казахстане и так немало ядерного», намекая на Семипалатинский полигон. Спас ситуацию Михаил Горбачев. 29 июля 1985 года генеральный секретарь ЦК КПСС объявил односторонний мораторий на ядерные взрывы. Конечно, к техническому применению «мирного атома» это не имело никакого отношения. Но нарушать мораторий не рискнули.

Первый секретарь ЦК КПСС КазССР Нурсултан Назарбаев и Председатель Совета Министров СССР Николай Рыжков на месте аварииПервый секретарь КазССР Нурсултан Назарбаев и Председатель Совета Министров СССР Николай Рыжков на месте аварии

В числе других технических решений ликвидации аварии (а их поступило больше тридцати тысяч!) предлагалась методика «задавливания» горящей скважины. Инженерами из Грозного был собран экспериментальный комплекс оборудования – шарнирный гидронатаскиватель. С его помощью в скважину опускалась колонна, которая перекрывала доступ кислорода. Разрекламированные сегодня агрегаты компаний «Камерон» и «ОТИС» выполняли второстепенную роль. Первые попытки применения грозненского оборудования окончились неудачей – не смогли обеспечить герметичность соединения с устьем скважины. Гидронатаскиватель доработали инженеры Гурьевского завода нефтяного машиностроения имени Петровского. Работы велись под руководством бывшего директора завода, инженера Сагата Тугельбаева. Установить запорную арматуру, заглушить фонтан и зацементировать скважину удалось только 31 декабря 1985 года.

А дальше началась новая история Тенгиза. Авария на скважине № 37 показала, что для дальнейшего освоения месторождения нужно оборудование из высокостойкой антикоррозийной стали. Такого оборудования в СССР не выпускалось. Требовалась техническая поддержка зарубежных производителей. Но освоение месторождения все же велось своими силами. 6 апреля 1991 года была получена первая тонна тенгизской нефти.

Равиль ЧердабаевРавиль Чердабаев

По словам Равиля Чердабаева (в ту пору заместителя директора объединения «Тенгизнефть», а позже – акима Атырауской области) представители корпорации «Шеврон», естественно, в сопровождении московского начальства, стали приезжать на Тенгиз с конца 1988 года. В июле 1991 года президент США Джордж Буш-старший посетил СССР с официальным визитом. Параллельно шли переговоры с «Шевроном» относительно участия в проекте освоения Тенгиза – в состав советской стороны был включен Нурсултан Назарбаев.

Следующий раунд переговоров продолжился уже после объявления государственного суверенитета Казахстана. 17 декабря 1991 года Первый Президент Казахстана встретился с госсекретарем США Джеймсом Бейкером. В беседе участвовал руководитель «Шеврона» Кеннет Дерр. В мае 1992 года во время визита Н. Назарбаева в США был подписан меморандум о совместном освоении Тенгизского месторождения.

В апреле 1993 года было подписано соглашение о создании совместного предприятия. К концу года на нем было произведено уже 940 тысяч тонн сырой нефти. В 2006 году на месторождении был добыт первый миллиард баррелей.

Президент Республики Казахстан и представитель Shell Тодд Леви на запуске СП «Тенгизшевронойл»Президент Республики Казахстан и представитель Shell Тодд Леви на запуске СП «Тенгизшевронойл»

Сегодня Тенгизшевройл является бесспорным лидером нефтегазовой отрасли Казахстана. Реализовано два масштабных проекта – завод второго поколения и установка по закачиванию сырого газа в пласт.

В 2016 году акционеры совместного предприятия «Тенгизшевройл» приняли решение по Проекту будущего расширения месторождения Тенгиз. Предполагалось, что сумма инвестиций составит 37 млрд долларов. Проект включает строительство нового завода по очистке и доведению до товарных кондиций сырой нефти и новой системы по закачке попутного сырого газа в нефтеносные пласты.

В 2019 году объем добычи сырой нефти в ТШО достиг 29,79 млн тонн, а вливания в экономику Казахстана – 10,6 млрд долларов.

С 1993 года прямые поступления в экономику Казахстана от ТШО превысили 146 млрд долларов США.

Авария на Тенгизе оставила свой след не только в народной памяти, но и в культуре. В конце 1980-х на студии «Казахфильм» была снята документальная лента «Сцены у фонтана», где рассказывалось о подвиге нефтяников. Финальную песню в фильме написал и исполнил журналист, поэт, писатель и композитор Станислав Малоземов.

Два события XX века – Чернобыль и Тенгиз – останутся в памяти человечества как пример мужества, проявленного при ликвидации техногенных катастроф.

Факел Тенгиза. Снимок с самолета.Факел Тенгиза. Снимок с самолета.

В материале использованы фотографии Олега Свидина – единственного фотокорреспондента, кому удалось заснять место трагедии 35-летней давности. Сам Олег Игоревич ушел из жизни десять лет назад, 2 мая 2010 года. В те годы подобные техногенные потрясения не предавались огласке. И только известному казахстанскому фотокорреспонденту областной газеты «Прикаспийская коммуна» (которая в этом году отметила столетний юбилей) удалось побывать на горящей 37-й скважине и сделать несколько снимков.

Фотокорреспондент Олег СвидинФотокорреспондент Олег Свидин

Его фотографии опубликовали «Известия», «Комсомольская правда» и Агентство печати «Новости» (АПН). Публикуются и сейчас, но, увы, часто без упоминания авторства. Сегодня мы хотели бы восстановить справедливость и тем самым почтить память нашего коллеги.

https://sknews.kz/newspaper/read/sk-news-n13-14-171-172

Выпуски SK NEWS

Смотрите также

Видео Все видео
Мы в социальных сетях:
Поддержка читателей:
+7 (7172) 99 97 86
Наш адрес:
г.Нур-Султан, ул. Е10,
дом № 17/10, АЗ «Зеленый квартал», блок «Т4» 12 этаж
E-mail: